Свежие комментарии

  • Евгений Ларин
    Все правильно,он летит в плазменной оболочке,типа как торпеда шквалТрамп дал Путину ...
  • Виктор Козодоев
    одним словом написана чепухаТрамп дал Путину ...
  • константин
    Таки да и кучма-такой молодой и юный окт........Инаугурация "для ...

Переосмысление отношений США и России: больше не вдохновляет

Переосмысление отношений США и России: больше не вдохновляет

Недавно 136 американских «экспертов» по американо-российским отношениям обсуждали преимущества переосмысления политики США в данной сфере. Эти специалисты не учли одного: быть может, Москва и не заинтересована в их планах

Переосмысление отношений США и России: больше не вдохновляет

В течение одной недели Politico — неангажированная информационная организация, заявленная миссия которой заключается в «предоставлении точной, неангажированной и важной информации нужным людям в нужное время», — опубликовал два материала, затрагивающих тему американо-российских отношений.

Первый материал, опубликованный 5 августа, представляет собой открытое письмо, составленное такими тяжеловесами в сфере отношений с Россией, как Роуз Готтемёллер, Томас Грэм, Фиона Хилл, Джон Хантсман — младший, Роберт Легвольд и Томас Пикеринг, и подписанное 97 другими видными политиками и учёными, включая Джорджа Шульца, Уильяма Перри и Сэма Нанна. В письме, озаглавленном «Пора переосмыслить нашу политику в отношении России», высказывается мнение, что нынешняя смесь санкций и дипломатии, выдвигаемая Соединёнными Штатами в качестве политического курса, не работает и настало время Вашингтону выработать новый подход к решению «проблемы» путинской России.

Шесть дней спустя Politico опубликовала ответ на это письмо, написанный 33 другими специалистами, учёными и журналистами, которых возмутил посыл открытого письма.

В их статье под названием «Нет, сейчас не время для очередной перезагрузки отношений с Россией» утверждается, что путинская Россия представляет угрозу американским «интересам и ценностям», а потому требуется не обновление дипломатического курса, а «решительный отпор». И хотя авторы статьи признают, что «способность Америки добиться перемен в России может быть весьма ограниченной», по их мнению, не давать активный отпор «российским репрессивным действиям, клептократии и агрессии» значит не давать Владимиру Путину стимула к «переменам», которые должны иметь место, прежде чем сможет произойти какое-либо улучшение отношений.

На первый взгляд, 136 «экспертов» по американо-российским отношениям, которые либо написали, либо поддержали эти две противоборствующие авторские статьи, казалось бы, во всех аспектах осветили тему переосмысления политики США в отношении России. Однако авторов обеих статей объединяет их тенденция смотреть на этот вопрос с американоцентричной точки зрения, почти (или совсем) не принимая во внимание позицию самой России по поводу какого-либо переосмысления — и особенно в предложенном ими ключе.

Сторонники переосмысления отношений США и России и те, кто выступает против него, настаивают на идее о том, что либо Россия с готовностью займёт податливую позицию, которая заложена в основе любого подобного переосмысления, либо же выполнить поставленную задачу здесь вполне смогут политические инструменты, которые используются для принуждения к проведению изменений и строятся вокруг усиления экономических санкций, дипломатической изоляции и регионального отпора.

Однако эти так называемые эксперты не понимают здесь вот что: дни, когда «отстающая» Россия стремилась примкнуть к «вышестоящему» Западу, ушли навечно. Образ Сияющего града на холме — то, на чём основывается идея американской исключительности, — больше не вдохновляет так, как раньше.

Репутация Америки во всём мире снижается: в 2016 году, согласно Pew Research Center, 64% населения 33 стран, где проводились соответствующие исследования, имели положительное представление о США. В 2020 году эта цифра упала до 53%. (Примечание: исследование не охватывало многие страны — например, на Ближнем Востоке, — где восприятие США намного хуже, так что результаты здесь имеют положительный уклон.) Мысль о том, что США — самое сильное и влиятельное государство на планете, больше не пользуется всеобщим признанием. Кроме того, в России только 20% населения имеют положительное представление о США — вотумом доверия это вряд ли можно назвать.

С точки зрения России «либеральный мировой порядок» под предводительством Америки, который доминировал в мире с окончания Второй мировой войны, изжил себя и участие в нём больше не представляется привлекательным. Так, Россия не стремится возобновить формат G8 и считает, что клуб G7 неактуален без участия таких мировых экономических держав, как Бразилия, Китай, Индия и Турция, и что форум G20, включающий эти и другие государства, подходит ей больше.

Дело не только в том, что лидерство США не принимается другими странами, — веру в эту концепцию потеряло и её собственное население: видение Америки как Сияющего града на холме, озвученное президентом Рональдом Рейганом в его прощальном обращении в 1989 году, разделяли 52% американцев. Сегодня же 62% считают, что Америка уже не является примером для подражания для остальных стран мира. Пандемия COVID-19 усугубила назревающий социальный, экономический и политический кризис идентичности в США, выявив фундаментально дефективную систему здравоохранения, рынок труда без какой-либо «страховочной сетки» и ситуацию с межрасовыми отношениями, которая, похоже, лишь ухудшается.

Фиксация на президентских выборах 2016 года, идея о том, что Россия каким-то образом повлияла на их исход, позволив Дональду Трампу одержать здесь неожиданную победу, — всё это как раз таки свидетельствует о недостатке уверенности: американцы отчаянно пытаются обвинить кого-нибудь (но только не себя самих) в провалах своих демократических институтов.

Роберт Мюллер, специальный прокурор, ответственный за доклад о «российском вмешательстве» в вышеупомянутые выборы, выдвинул предположение, что в пик своей активности российские «фермы троллей» располагали ежемесячным бюджетом в $1,25 млн для проведения рекламной кампании в социальных сетях США. Опять же эта цифра представляла собой чистой воды предположение: Facebook заявил, что, по его данным, аккаунты, связанные с Россией, потратили на рекламу всего лишь $100 тыс.

В любом случае, о какой бы сумме ни шла здесь речь, идея о том, что тот или иной объём рекламы с российской стороны мог повлиять на выборы, где основные кандидаты потратили более $1 млрд на свои кампании в соцсетях, — это, конечно, просто смешно. Для сравнения: Майк Блумберг выделил более $500 млн на самую что ни на есть искусную рекламную кампанию в истории предвыборных гонок США в рамках неудачной попытки стать кандидатом от Демократической партии в 2020 году. Вообще считать, что рядовой американский избиратель вдруг изменит свою позицию просто потому, что он что-то там прочитал в интернете, — оскорбительное упрощение: большинство избирателей хорошо информированы по интересующим их вопросам и знают, за кого они хотят голосовать и по каким причинам. Так что какой-то кликбейт, указывающий, что́ им следует делать, — это последнее, что им нужно.

Эта действительность, судя по всему, не осознаётся участниками дискуссии о перезагрузке отношений с Россией. Создаётся впечатление, что обе стороны здесь особенно остро реагируют на хрупкость американской демократии и отчаянно пытаются возложить ответственность за эту тревожную истину на искусственно нагнетаемую российскую угрозу, вместо того чтобы сосредоточиться на хворях американского общества.

Основополагающим пунктом дебатов о перезагрузке отношений с Россией как для сторонников, так и противников данной инициативы является восстановление американского господства, что имеет мало общего с реальным улучшением дипломатических отношений. Те, кто выступает против перезагрузки, приводят целый ряд вопросов, по которым США и Россия расходятся во мнениях. Во всех случаях эти вопросы разбираются не по существу, а скорее по принципу антагонистической игры: что хорошо для России, то плохо для США. Даже сторонники перезагрузки стремятся возродить подход времён холодной войны к дипломатии и разрядке, поскольку для них это безопасная позиция, выстроенная на предположении, что США снова восторжествуют.

Необходимость выглядеть победителем обусловлена, конечно же, оборонительной позицией, занятой теми, кто некогда профессионально участвовал в определении политического курса, — людьми, вся карьера которых связывалась либо с поражением Советского Союза, либо — после его распада в 1991 году — со сдерживанием сильно ослабленной России. (Для них) сама мысль о подъёме России, в то время как США и во внутренней, и во внешней политике переживают упадок, просто неприемлема.

По мнению сторонников переосмысления политики в отношении России, эта задача лучше всего решается путём взаимодействия, которое приведёт к перезагрузке отношений между США и Россией в соответствии с дорожной картой эпохи холодной войны. Ну а противники перезагрузки полагают, что сложившейся на сегодняшний день реальности необходимо избегать любой ценой, добиваясь от России желаемого поведения за счёт давления в духе холодной войны, основанного на санкциях и сочетании военных и дипломатических мер воздействия.

Даже если американским «экспертам» всё-таки удалось бы прийти к единому мнению о том, какой порядок действий по отношению к России оптимален, вероятность того, что она пойдёт им навстречу, здесь практически нулевая. Главным образом потому, что она уже наблюдала данный подход в действии и полностью осознаёт цену ведения дел с США в реальности, сформировавшейся после холодной войны. Подробности об унижении Бориса Ельцина (а вместе с ним и России) Биллом Клинтоном, а также о роли США в составлении Конституции постсоветской России и обеспечении переизбрания того же Ельцина в 1996 году общеизвестны.

Россия знает: когда Вашингтон, говоря о ней, употребляет такие термины, как «перезагрузка» и «переосмысление», он имеет в виду возвращение американо-российских отношений к тому состоянию, что наблюдалось, когда Россия лежала у ног США, а Путин не был у власти.

Бывший посол США в России Майкл Макфол поддержал концепцию «перезагрузки», которую пытался реализовать Барак Обама. В основе её были схожие предпосылки, поэтому она и оказалась провальной (кстати, письма, опубликованные Politico, Макфол подписывать не стал).

США могут и дальше заниматься своими внутренними дискуссиями о подходе к России, а она тем временем будет продолжать делать то, что делает последние шесть лет: идти вперёд, не обременяя себя грузом требований США и становясь всё более невосприимчивой к угрозе — и действию — санкций США и мер дипломатического сдерживания.

Скотт Риттер, RT

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх