Свежие комментарии

  • Traveller
    А не российские ли телеканалы гонят пургу на Лукашенко и восхваляют протестуток, которые ходят-бродят под нацистскими...«Нужно не сопли ж...
  • Traveller
    https://www.youtube.com/watch?v=5Y4SIJNH1uUБелорусский Майда...
  • Алексей Горшков
    Он прав - надо быть жёстче! Мы действительно зачастую "сопли жуём" - к нам и относятся соответственно - вроде ничего ...«Нужно не сопли ж...

Неэлекторальная, настоящая Украина пребывает в состоянии вещи-в-себе

Неэлекторальная, настоящая Украина пребывает в состоянии вещи-в-себе

Неэлекторальная, настоящая Украина пребывает в состоянии вещи-в-себе

Постсоветские мы так устроены, что только беда пробуждает в нас когнитивные способности и любопытство

Мы потеряли Украину в 1991 году и как-то сразу перестали о ней знать. По-настоящему наша широкая публика, наши широкие экспертные круги начали заново узнавать Украину только после второго майдана. Когнитивная беда, познание в несчастье и через несчастье, посредством несчастья – это наша родовая черта, это сугубо и очень наше.

Мы как-то нелюбопытны, не пытливы, когда все спокойно. Если где-то всё спокойно, то и хорошо, то и ладно. Пусть будет, как есть. Это, кстати, признак того, что мы по природе своей неагрессивны, и наши намерения чисты и прозрачны. Наши когнитивные способности по-настоящему включаются лишь тогда, когда игрушка ломается, когда мир поблизости становится поломатым.

Вся  наша цивилизационная машина постоянно норовит впасть в состояние покоя, тишины и неподвижности. Мы не умеем ткать повседневность в периоды оформленной в события турбулентности. Наше государство и наши элиты очень часто бывают не в форме. Наши покой и безмятежность вопиюще нестратегичны и бессобытийны. Ведь и спать, и сидеть неподвижно можно со смыслом и во имя цели. Наше любопытство оживает только в ситуации непокоя.

По сути, сами обстоятельства заставили нас приняться за изучение Украины и Белоруссии. Худо-бедно, мы с этим справимся. Уровень украинской экспертизы в сегодняшней России, нельзя это не признать, весьма высокий. Познание и узнавание Белоруссии сейчас резко интенсифицировалось и активизировалось. Думаю, и здесь мы справимся. Но так и не узнанными, по большому счёту, остаётся Армения с её странным и одновременно банальным майданом и какой-то интенсивной, неутомимой невидной работой наших врагов где-то там, под событийной накипью, на уровне институтов. То же самое и с Молдавией, про которую мы тоже очень отрывочно и поверхностно знаем. До нас доходят оттуда только некоторые событийные брызги вроде выдавливания из страны суперолигарха Плахотнюка, каких-то различной массовости протестов. Нам не очень известна современная Грузия. Мы не знаем, каким тактическим грядущим она беременна. Что зреет в Азербайджане, в котором, как говорят, сложилась качественная, консолидированная и квалифицированная элита? Как проходит транзит власти в стремительно южнеющем Казахстане? Начинает ли исцеляться Киргизия? По-настоящему ли приоткрылся Узбекистан? А что с Таджикистаном? Куда там всё идет? Какие расклады в китайской элите? Насколько рискованными могут оказаться стратегические ставки  на Китай? А что там с зажатой в тиски Монголией? Очень много вопросов. И нам, представителям широкой публики, стоит становиться все более любопытными.

Познание же нами Украины я считаю первым шажочком к возвращению Украины домой.

Но следует диагностировать деградацию российской экспертизы у наших геополитических визави. Могу судить по Украине. Качество российской экспертизы там просто ужасает. На сегодняшней Украине повторяется тот же самый финт, который случился на Западе. В свое время там взрастили эдакий либеральный класс, который:

— был «пятой колонной», рядившейся  для пущей легитимности в квази-экспертные, квази-наукообразные, квази-интеллектуалистские одежды;

— для специфической и злой эффективности вся взращенная Западом нечисть экспертами и интеллектуалами быть по определению не могла, т.к. интеллектуально была лжива и нечестна, ее задачей было продвижение придуманной, чаемой реальности.

В итоге на каком-то этапе все эти дурилки картонные вдруг оказались востребованными не только в качестве ретрансляторов либеральной пропаганды, но и как поставщики российской экспертизы, так сказать «с полей», «с земли»…И эти клоуны начали выдавать такое! Самое смешное, эта псевдо-экспертиза использовалась при принятии решений. А потому качество принимаемых сейчас Западом решений по российской проблематике столь ужасающего качества.

На сегодняшней Украине российская экспертиза ещё хуже. К ней относится всё вышеописанное с поправкой на провинциальность и слабость туземной интеллектуальной традиции. Чувствуется еще и какая-то детская, хотя и всеобщая ангажированность комплексом «младшего брата», которая является странной смесью подавленного комплекса неполноценности, непобедимого злорадства и множества всего, замутняющего, искажающего реальную картину. Дает о себе знать и некоторая пост-майданная взвинченность. На сегодняшней Украине действительно совсем плохо. Также очень непросто сегодняшним украинцам, обездвиженных при помощи тактики тысячи порезов, продираться сквозь заросли, почти джунгли постоянно придумываемых, подбрасываемых, конструируемых событий.

В медийном поле российскую экспертизу поставляют такие смешные и мерзкие фрики, как Киселёв и Ганапольский, Пономарёв и Илларионов, Иноземцев и Бабченко, Шустер и прочая подобная рухлядь и отбросы.

Интеллектуальный провинциализм украинского экспертного сообщества на тему России оставил его в каких-то непоправимых 90-х. Скажу жёстче. На Украине вообще ни черта не знают о современной России. На всех уровнях Украина «воюет» с совершенно неведомой им страной. Это какая-то странная фантомная война с фантомом. Пребывая в самой настоящей бедности и даже нищете, украинский обыватель абсолютно уверен в том, что в России ещё хуже. Вечно тупые и невежественные украинские журналисты думают так же. Но все ещё хуже. Недалеко от них ушли и те, кто называется и самоназывается «экспертами».

Сегодняшние украинцы гораздо больше знают о Польше и других восточно-европейских соседях. Грантоедская нечисть изъездила, исходила и иссидела  почти все конференц-залы Старой и Новой Европы. Украинцы рядовые, очень многие из них, познали, каковы на цвет и запах европейские унитазы и больничные утки, мусорные баки и прочие важные элементы европейской инфраструктуры. Растёт и множится коллективное украинское знание о Европе. Россия же  — для украинцев – все больше становится terra incognita.

Они там действительно очень удивились и были даже шокированы тем, что Крымский мост был построен. Они действительно уверили самих себя в том, что у русских это не получится. Этому поспособствовала и ещё одна примета сегодняшнего украинского антиинтеллектуализма. По сути сегодняшний, дремучий в главном, украинец измеряет мир «украинами». Он осознанно или нет экстраполирует украинские реалии на весь остальной мир. И на Россию тоже. Крымский мост просто не мог быть построен, т.к. в постсоветское время ничего подобного нигде на постсоветском пространстве не строилось. Он не мог быть построен, потому что до сих пор не достроены мосты через Днепр в Запорожье и Киеве. А еще он не мог был быть построен, т.к.  обязательно должны были быть разворованы все выделенные на это дело деньги. Ведь именно так происходит на постсоветской Украине. Им не хватило ума, воображения и неангажированности для того, чтобы понять, как работают в России уже много веков мобилизационные механизмы. Более того, они не готовы понять то, как происходит трансформация института мобилизации в сегодняшней России, которая учится технологичности и даже рутинности больших инфраструктурных проектов. Она учится не отвлекать всё общество на такого рода проекты. Она учится выигрывать «на классе», как говорят  в футболе. И всё это не укладывается в простенькие и допотопные стереотипы о России, которая от многих на Украине постоянно ускользает.

Ускользает от них и то, что Россия всё больше становится той самой «европой», которая рисовалась воображением позднесоветского и постсоветского человека. Россия уже давно и навсегда оторвалась от Украины в проблематике инфраструктуры, оставив её далеко позади. Украинцы по-настоящему не осознают всю степень своей отсталости от сегодняшней России.

Сегодняшняя Украина вопиюще архаична и в том, чем она пытается гордиться. На сегодняшней Украине просто нет свободы слова. На топовых общенациональных каналах просто невозможно услышать людей, транслирующих российскую точку зрения. Украина допускает артикуляцию и трансляцию всех оттенков, но серого.  А потому экспертная Украина стремительно деградирует, чему способствует и стремительная деградация высшего образования.

Декларируя якобы наличие «демократии», Украина даже не способна на осуществление качественного демократического спектакля. При наличии множества  почти всех необходимых для него ингредиентов, украинский демократический спектакль скорее напоминает хуторянское, селянское фрик-шоу с показом всевозможных человеческих уродств: бородатых женщин, сиамских близнецов, людей без носа и прочего. Этот адский цирк отвращает от себя «целевую аудиторию». На всех украинских выборах голосует все меньше людей.

Украина утратила окончательно и способность к стилю. Государственному, национальному, общему стилю. Украинская государственность, её самопрезентации стали совсем убогими, бесстильными. И в этом украинцы слепы. Они не видят и не знают об интересном процессе стилеообразования в путинской России. Это происходит и в большом, и в малом. От чётких, выверенных государственных церемоний до появления такого отечественного, люксового автомобильного бренда, как «Аурус». Сегодня происходит какое-то фатальное, непоправимое, стилевое несовпадение российской и украинской государственностей. Причем украинскому экспертному сообществу это так и не удалось понять. Украинские эксперты находятся в плену вульгарно понимаемых «нарративов». Произошла чудовищная политтехнологизация украинского экспертного сообщества. Грубо говоря, оно по сути изошло на электоральное г… Причём за копейки, за сущие гроши.

Украинское экспертное сообщество пропустило чудовищную декапитализацию, деградацию капитализации страны. В дебрях лесов, в которых прорастает символическая и монетарная «стоимость» страны, украинское экспертное сообщество безнадежно заблудилось. Оно до сих пор, на самом деле, свело символическую капитализацию страны к тупому и беспощадному имиджу. Игры более высокого и стратегического порядка им неведомы.

Самое жуткое – украинское экспертное сообщество, по преимуществу столичное, совершенно не знает своей собственной страны. На Украине случилась пан-электорализация знания об Украине. Страна узнаётся только в своем электоральном преломлении. И только. Неэлекторальная, настоящая Украина пребывает в состоянии вещи-в-себе. У нас очень хорошо понимают, что Украина всё-таки способна удивить. Посмотрим.

На Украине случился явный перебор с придумыванием страны. Случился непоправимый отрыв символических конструкций от уставшей от своей нерассказанности реальности.

Нам пора познакомиться заново. Мы все надолго выходили на мороз. Мы долго были неинтересны друг другу. Нам долго казалось, что в нас для нас нет ничего неведомого. Ну чем могут быть нам интересны мы сами? Так многие там и у нас думали. За время постсоветской разлуки мы нагуляли жирок инаковости. Он небольшой, но его не стоит переоценивать. Можно считать, что мы крепко отдохнули друг от друга. Этот опыт часто бывает крайне полезным для поддержания хороших, продолжительных во времени отношений. В этом повторном взаимном узнавании у нас впереди множество приятных и неприятных удивлений. Но знакомиться нам необходимо. Это необходимо хотя бы во избежание принятия ошибочных властных решений.

В некотором роде, узнавание украинцами сегодняшней путинской России может стать самым настоящим шоком. Может случиться забавный перевёртыш. У нас много говорят о том, что Украина майданная задумывалась не только как Анти-Россия, но и как некая альтернативная Россия. Но может случиться обратное. Россия может стать для Украины альтернативной Европой. Гораздо более понятной, гораздо менее кастовой и более открытой, инклюзивной, альтернативной Европой. Более просторной и простирающейся до самого Китая. Более вольной и не переинституционализированной, допускающей гораздо больше интерактива, соучастия в новой русской реконструкции. Обладающей вполне внушительным рынком для удовлетворения всяческих амбиций и тщеславий. Обладающей эталонным потенциалом для самой настоящей безопасности. В том числе и биологической. Россия, как альтернативная Европа, это весьма перспективная идея. Этот концепт может оказаться весьма востребованным на Востоке и Юге Украины. И на Севере тоже.

Нас же на Украине ждут свои удивления. Мы увидим почти эталонную ситуацию неразвития, даже анти-развития, институционализации неразвития. И это весьма любопытная институциональная структура. На Украине мы четко зафиксируем наш собственный болевой порог. Вообще «украина» может стать хорошей антивирусной вакциной. «Украина» и «украинскость» может стать необходимым и безопасным «чужим». Россия на протяжении всей своей истории содержала в себе ксенополис, инополис, субстрат инаковости, как внутренний ориентир для самоотнесения, для постоянного осознания собственного масштаба, самомасштабирования. В некотором роде, новой, постсоветской России (неизменно имперской) «украина» даже необходима. Для нас некоторой деградацией было бы соотнесение себя только с Якутией или Чечней. Нам просто необходимо наступать. Другой вопрос, из числа самых главных, готова ли сегодняшняя Россия к такой прививке? Всё ли в порядке у нас с иммунитетом? Не уверен. И если мы ещё не готовы, то нам необходимо уже сейчас начинать готовиться.

В Малороссии и Белоруссии есть эта инфантильная отмазка, разновидность самооправдания – «да, у нас всё плохо, мы все плохо делаем, но зато сами». Эдакие забавные игры в сами-сусами. До некоторой степени с такой позицией можно мириться и относиться к ней с пониманием, но на сегодняшний день обе государственности, украинская и белорусская, дошли до ручки, до края. Тамошние элиты, каждая по-своему, доигрались до предела. Они уже не сами. Они уже и не смогут сами. Ими уже безбожно играют другие. И будут играть. Сегодняшняя Украина – это уже нечто фасадное и декоративное. С Украиной уже бессмысленно иметь дело. У Украины и украинства номер шестнадцатый.

Дорогие украинцы, простите, но вас уже нужно спасать. Даже если вы этого не понимаете. Спасать умно, сложно, работая с инфантильным и слегка деградировавшим украинским сознанием. Но  все еще можно поправить. Жестко, неутомимо и неумолимо, часто хирургически, но во имя спасения.

Иногда тонущего следует взять за волосы, даже крепко стукнуть по голове. Иначе он утопит своим судорожным барахтаньем обоих. Наступают времена определенности и разрубания гордиевых узлов. Впереди всемирная городская гражданская война. Она уже идёт. Хватит уже заговаривать самих себя и соблюдать приличия. Наступает время геополитического фовизма. Наступает большая геополитическая распродажа с большими скидками. Можно брать столько, сколько удастся унести. Тут очень важно правильно рассчитать силы, но и не упустить своего.

Сейчас очень важно понять и трезво оценить свои силы. Даже силы немного на вырост. Хотя бы лет на сто вперед. Нам нужно наконец-то понять, насколько монолитна и решима наша элита. Это очень важно. С какими элитами мы входим в это очень неспокойное время? Как наши элиты структурируются сегодня? На каких площадках наши элитарии общаются? Как наши элиты создают конвенции и достигают консенсуса? Доросли ли наши элиты до «глубинного народа»? В любом случае, очень скоро мы все увидим.

Евгений Фатеев, газета «Завтра»

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх