База ВМС Ирана в Сирии окончательно рассорит Россию и Израиль

Тегеран «рубит окно» в Средиземное море, договорившись лишь с Дамаском и Багдадом

Идея не нова — Иран давно уже присматривается к планам создания собственной военно-морской базы на Средиземноморском побережье. Другого варианта, кроме использования одного из портов именно Сирии (хоть по географическим, хоть политическим соображениям) попросту нет. Поэтому сообщение о том, что Иран арендует с 1 октября порт города Латакии в собственных целях, было вполне ожидаемым. Предполагается, что подобное соглашение было подписано президентами Башаром Асадом и Хасанам Рухани во время февральской встречи в Тегеране. И уже сейчас началась логистическая подготовка причалов и портовой инфраструктуры к заезду новых «хозяев».

Естественно, что оценивать подобное событие мы будем исключительно с точки зрения на выгодность или невыгодность его для России. В этой ситуации, как водится, есть и свои подводные камни. Один из них — совершенно очевидно, что президент Сирии Асад плавно выходит из-под влияния Москвы, уже не так часто как прежде совещается с российским президентом Владимиром Путиным и не просит военной помощи. Это нормальное явление для Ближнего Востока, когда падишах начинает забывать о тех, кто помог защитить дворец и все выше поднимает голову, над которой уже не рассекают сталью воздух острые ятаганы.

В общем, с Путиным Асад не посоветовался, решив, что коль была трехлетней давности договоренность с Рухани, то нет смысла по прошествии времени напоминать о ней сейчас. Башар Асад все увереннее чувствует себя в последнее время в президентском кресле и становится более самостоятельным политиком, что тоже вполне объяснимое явление. Естественно, что для Сирии сейчас крайне важно восстановление связей с соседями — Ираком, Ливаном, Иорданией, Турцией и Израилем.

С первыми тремя всё относительно ясно и понятно, особых конфликтных ситуаций нет. С Турцией сложнее — там и территориальные споры, и разное отношение к Курдской рабочей партии (Курдистан находится на территории обеих стран), и последствия нынешней гражданской войны в Сирии. В качестве некой третьей сдерживающей силы выступает именно Россия.

С Израилем — вообще всё плохо. И хотя военные действия за Голанские высоты не велись уже сорок лет, Сирия считает их своей незаконно захваченной территорией. Плюс авиация Тель-Авива регулярно проводит ракетные удары по территории Сирии, целясь, якобы, в находящихся там иранских военнослужащих.

Иран, несмотря на отсутствие общей сухопутной границы с Сирией, является главным союзником Дамаска на Ближнем Востоке, а его военнослужащие из состава КСИР (Корпус Стражей исламской революции) в количестве не менее 12 тысяч человек принимали (принимают) участие в боевых действиях на стороне правительственных войск. Понятно, что Асад с готовностью идет на контакты с Ираном, в том числе, по предоставлению военно-морской базы на территории своей страны. Возможно, держа в уме и то обстоятельство, что иранские средства ПВО, которые разместят в Латакии для прикрытия военных объектов, будут сбивать и израильские самолеты. Чего не делает сейчас Россия.

Россия поставила армии Сирии зенитные ракетные комплексы С-300 и обучила работе с ними сирийские экипажи. Предполагалось, что С-300 «Фаворит» во многом изменят стратегию противовоздушной обороны Дамаска. Тем более что в Сирию были поставлены наиболее «продвинутые» комплексы — С-300ПМУ-2, способные уничтожать аэродинамические цели на дальности от 3 до 200 километров, баллистические — на дальности от 5 до 40 километров. При этом обнаружение целей происходит на удалении в 300 километров.

Насколько известно, на сегодняшний момент в Сирии находятся 3 дивизиона зенитных ракетных комплексов С-300 «Фаворит» (по 8 мобильных установок в каждом). Для того чтобы создать «пояс» ПВО вокруг Дамаска и ряда прилегающих аэродромов, этого вполне достаточно, но не для отражения масштабных воздушных налетов на территории всей страны. При этом утверждается, что Россия создает в Сирии полноценную классическую ПВО, которая будет включать в себя систему ракетного огня дальнего и ближнего радиусов, прикрытие ЗРК, а также «всевысотное» радиолокационное поле.

Но сейчас сложилась такая ситуация, что российские военные советники в Сирии могут лишь обучать своих коллег мастерству противовоздушного боя, не вмешиваясь в сам ход боевых действий. А те силы российских ПВО, которые прикрывают базы в Тартусе и Хмеймиме, отвечают только за безопасность своих военных объектов от воздушного нападения. В противном случае — русские сбивают американцев или израильтян — скандал с последствиями не минуем. Вероятно, что и сирийским военным не дают возможность сбивать самолеты Израиля из комплексов С-300, чтобы не спровоцировать конфликтную ситуацию. Или, что еще хуже, сбить гражданский пассажирский самолет где-нибудь на подлете к ливанскому Триполи.

Понятное дело, что Дамаск крайне не доволен такой «беззубой» позицией Москвы и готов привлечь Тегеран, который уж точно с израильскими самолетами церемониться не будет. Тем более что на вооружении иранской армии стоят российские комплексы С-300ПМУ-1, которые будут использоваться для прикрытия военных объектов.

Для России более широкое вовлечение какой-либо третьей стороны, пусть даже дружественного Ирана, имеет еще и чисто имиджевое значение, ведь считается, что именно Москва является основным гарантом стабильности и будущего мира в Сирии. Усиление роли Тегерана приведет к утрате таких позиций. Серьезно пострадают и российско-израильские отношения, ведь Тель-Авив будет считать, что любой удар со стороны находящихся в Сирии иранских военных согласован с Москвой, которой, на самом деле, не так просто «попридержать» Тегеран.

Есть и другой, не озвучиваемый план Москвы, которая на самом деле могла санкционировать подобную сделку между Дамаском и Тегераном, и не стала препятствовать возможности размещения иранской военно-морской базы в Латакии. Утверждения о том, что близость этого города на берегу Средиземного моря к Тартусу, где находится российская военно-морская база, и к Хмеймиму, где дислоцированы основные силы ВКС РФ, может поставить их под угрозу удара со стороны США и Израиля, не совсем корректны.

От Латакии до Тартуса — 72 километра по прямой, до Хмеймима — 24 километра, что исключает «случайность» попадания ракет, тем более, что российские объекты защищены своими средствами ПВО (ЗРК С-400, ЗРПК «Панцирь-С1» и «Тунгуска»).

Вероятно, что подобная «уступка» со стороны Москвы по размещению военно-морской базы Ирана в Сирии связана и с возобновлением планов соединения железных дорог Ирана, Ирака и Сирии в единое целое. Этот стратегический проект был начат еще до начала сирийского кризиса в 2011 году и был приостановлен по понятным причинам. Предполагалось, что таким образом Ирак и Иран получат через сирийские порты доступ к Средиземному морю, а сама железная дорога в перспективе продлится и на восток — до Китая. Сирия даже успела реализовать проект на 97 процентов, но во время боевых действий значительная часть дороги была разрушена. В Ираке не хватает всего пару километров железнодорожного полотна, а в Иране они действуют до иракской границы в районе города Басра.

Россия посредством такого железнодорожного пути также может получить возможность сухопутного выхода через Сирию в Средиземное море — через иранские морские терминалы на Каспии. Здесь видится не только возможность снабжать свои военные базы в Сирии, но и наладить более выгодный товаропоток на весь Ближний Восток.

По странному стечению обстоятельств, две эти новости — иранская база в Латакии и железная дорога между Сирией и Ираном, появились практически одновременно. Может, всё логично?

Виктор Сокирко

 

Источник ➝

«Гнездо змей и шакалов»: между странами ЕС начинаются разборки из-за коронавируса

Коронавирус раскалывает некогда стройные ряды членов Евросоюза. Премьер-министр Италии дает европейцам десять дней на поиски «адекватного решения», президент Франции Эммануэль Макрон предупреждает о риске распада Шенгенской зоны, канцлер Австрии Себастьян Курц призывает готовиться к серьезному разговору, когда эпидемия пойдет на спад. Становится очевидно, что победа над COVID-19 положит начало острому политическому кризису, с которым Евросоюз раньше не сталкивался.

Аналитический портал RuBaltic.

Ru писал, что до недавнего времени лидеры европейских стран избегали критики в адрес наднациональных органов управления ЕС, которые на фоне стремительного распространения коронавируса демонстрируют профнепригодность. Возможно, тенденцию преломило смелое выступление президента Эстонии Керсти Кальюлайд — вслед за ней решили высказаться ведущие европейские политики.

Италию «прорвало» на совещании ЕС по выработке экономических мер, направленных на преодоление последствий эпидемии COVID-19.

Премьер-министр Конте отверг проект итогового документа конференции, раскритиковал стремление использовать старые финансово-экономические инструменты Евросоюза и дал коллегам десять дней на поиски «адекватного решения, соответствующего остроте чрезвычайной ситуации».

Что будет, если остальные лидеры ЕС проигнорируют требование Конте? На этот вопрос попытался ответить бывший итальянский вице-премьер и лидер партии «Лига Севера» Маттео Сальвини: «Это вовсе не "союз", это гнездо змей и шакалов. Сначала мы победим вирус, а потом подумаем о Европе. И, если нужно, попрощаемся, даже не поблагодарив».

Евроскептик Сальвини не впервые выступает с подобными заявлениями. К тому же после переформатирования правящей коалиции в Италии его слова весят меньше. С другой стороны, «Лига» остается самой популярной партией в стране, особенно на севере, где коронавирус бушует сильнее всего. Некоторые эксперты еще до эпидемии прогнозировали, что триумф Сальвини — это дело времени.

Может сложиться ситуация, при которой оппонентам бывшего вице-премьера останется только одно — перенять его популистскую риторику. Примерно так действовал Борис Джонсон, когда решительно возглавил процесс выхода Британии из Евросоюза, оставив у разбитого корыта партию Брексита Найджела Фараджа (хотя до этого она стремительно набирала популярность).

Поэтому дело здесь не в конкретных персоналиях и их высказываниях, а в общественных настроениях.

Как показывает свежий соцопрос службы Monitor Italia, настроения уже меняются в пользу выхода Италии из Евросоюза.

88% итальянцев считают, что ЕС недостаточно помогает их стране. Дальнейшее пребывание в европейской «семье народов» считают невыгодными 67% респондентов, то есть на 20% больше, чем в ноябре прошлого года (и на 15% больше количества недовольных Евросоюзом британцев на момент проведения референдума о Брексите летом 2016-го).

Чувствуя, куда дуют ветры истории, Конте тоже поставил под сомнение будущее Евросоюза, если тот не сумеет дать отпор пандемии коронавируса и экономическому кризису. С точки зрения Италии и Испании, оптимальным вариантом был бы выпуск общеевропейских бондов для привлечения кредитов.

По этому вопросу лидеры ЕС так и не смогли прийти к общему знаменателю.

В интервью итальянской прессе Конте рассказал, что они с канцлером Германии Ангелой Меркель оказались в «жесткой откровенной конфронтации».

Президент Франции Эммануэль Макрон тоже не исключает вариант развала  Евросоюза. «На карту поставлено выживание европейского проекта. Риск, с которым мы сталкиваемся, — это конец Шенгенской зоны», — с такими словами, по данным Reuters, французский лидер обратился к своим иностранным коллегам.

Не менее скептично настроен и австрийский канцлер Себастьян Курц. По словам политика, Евросоюз должен быть готов «к серьезному разговору после кризиса с коронавирусом».

Недовольство политика вызвал ставший уже классическим пример европейской «солидарности»: из-за соседей Австрия не могла вовремя получить уже приобретенные ею товары медицинского назначения.

«Немыслимо, что в течение двух недель нам приходилось сражаться, чтобы гарантировать прибытие грузовика с защитными масками, за который мы уже заплатили, остановленный на границе с Германией, в то время как мы подвергались критике за наш контроль над границей с Италией», — возмущается Курц.

Пристыженные немцы после этого решили доказать, что единство Европы для них не пустой звук. Глава МИД ФРГ Хайко Маас с гордостью сообщил о решении принимать на лечение пациентов из других стран.

Таковых набралось аж 42 человека — 12 из Италии и 30 из Франции.

В этом контексте Маас упоминает о «солидарности», которая поможет преодолеть «коронакризис». Звучит издевательски.

Уже понятно, что бороться непосредственно с болезнью страны ЕС будут в прежнем режиме, руководствуясь принципом «каждый сам за себя». И чем дольше продлится эта борьба, тем острее будет последующий экономический кризис.

На переговорах 26 марта уже начался бунт против финансовой политики Брюсселя.

В роли зачинщика выступила Италия, но можно не сомневаться, что союзники у нее найдутся. Позицию Конте уже поддержал премьер-министр Испании Педро Санчес, призвав не подвергать риску «весь европейский проект». Компанию им может составить Греция — у этой страны уже имеется успешный опыт «выбивания» денег из ЕС.

Есть ли гарантии, что конфронтация между итальянским премьером и немецким канцлером не перерастет в большое противостояние между финансово «дисциплинированным» Севером и бунтарским Югом?

Денег в Евросоюзе не всем хватало и до эпидемии, переговоры по новой финансовой программе на 2021–2027 годы постоянно «буксовали». Теперь «коронакризис» провоцирует еще и политическую нестабильность. Анонсированный Курцем «серьезный разговор» будет вестись на повышенных тонах.

Это, впрочем, не означает, что в пылу дискуссии разгоряченный Конте обязательно инициирует референдум о выходе Италии из Евросоюза. Последствия этого решения могут быть катастрофическими — вероятность жесткого Брексита вызывала панические настроения даже у англичан с их образцовой экономикой.

Более правдоподобным кажется другой сценарий: Рим, Мадрид и Афины будут до последнего торговаться, понимая, что с тонущего корабля им деваться некуда.

К ним может присоединиться и Восточная Европа, которая до сих пор не смирилась с тем, что страны-доноры решили сокращать ей дотации.

На другой стороне евросоюзных «баррикад» будут Германия, Франция, Бенилюкс, Скандинавские страны — ведущие экономики Европы, чьи налогоплательщики совсем не горят желанием отдавать свои деньги на сторону.

Спасению корабля грядущие бури в благородном европейском семействе отнюдь не поспособствуют, лишь вернее пустят его ко дну.

Каким бы ни был исход большого европейского торга, ЕС как наднациональное объединение останется в числе проигравших. Если вообще останется.

Алексей Ильяшевич

 

Картина дня

))}
Loading...
наверх